| Витезслав Незвал. Зарубежная литература 20 век |
[Мар. 1, 2009|09:01 am] |
Зарубежная литература 20 века. Витезслав НезвалВыпуск [,DEVOU'TI:] # 10 2009 | В разделе библио
Пражский пешеходВитезслав Незвал
Воспевать революцию и предаваться сентиментальным фантазиям о жизни родного города, сочинять торжественные стихи на смерть Владимира Ленина и дружить с лидером французских сюрреалистов Андре Бретоном, посвящать поэмы Томасу Эдисону и антифашистскому движению, говорить в своих произведениях то о слякоти на тротуарах, то о гибели собственной родины, - возможно ли, чтобы всё это делал один человек? Раз здесь звучит такой вопрос – значит, вы уже понимаете ответ.
Витезслав Незвал – поэт, ставший одним из ключевых литераторов Чехии (тогда ещё Чехословакии) в XX веке, в СССР известен как ярчайший представитель восточно-европейского соцреализма. Он принимал участие в ставшем легендарным Первом съезде советских писателей (1934 г.), том самом, где метод социалистического реализма был объявлен единственным возможным в советской литературе. Том самом, после которого произведения Булгакова и Хармса, Ахматовой, Набокова и многих других авторов перестали публиковаться на долгие полвека, а место на страницах книг заняли счастливые рабочие и колхозники, ударники производства и, что самое страшное, Павлики Морозовы.
Побывав в августе-сентябре 1934-го в нашей столице, посетив мавзолей В.И.Ленина и познакомившись лично с Максимом Горьким и Борисом Пастернаком, Незвал создал книгу очерков «Невидимая Москва» и навсегда присягнул на верность коммунистическим и социалистическим идеям. И он мог бы остаться в истории литературы всего лишь как типичный просоветский талант, уничтоженный или как минимум придавленный тисками идеологии, - если бы не широта его собственных взглядов и не бесконечное стремление к поиску новых форм и смыслов для своей поэзии. Символично, что ещё за год до посещения Москвы Незвал знакомится с Андре Бретоном и организует в Праге кружок сюрреалистов: есть ли искусство, более далёкое по своей сути (а не по политическим взглядам его лидеров) от пролетарского?
И с этого момента, с середины 30-х годов, творчество социалистического поэта Витезслава Незвала становится удивительным смешением всего актуального и экспериментального в современной литературе. Кажется, что никакая идея не поглощает его полностью, и каждый новый сборник стихотворений раскрывает талант Незвала с новой стороны – причём чешский поэт никогда не теряет индивидуальности, всегда оставаясь узнаваемым. Каждое его стихотворение – с налётом ли сюра, с революционными нотками ли, - отличается особым вниманием к повседневным вещам и явлениям, прорывающимся сквозь строй слогов бытом. Но при этом в стихах его слышен трагизм экзистенциального толка:
Я тоже нынче уезжаю Тянет плакать
Но хватит плакать и платок — в карман
О был бы этот мир большим цветным плакатом
сорвал бы я его и кинул в океан
В долину слёз нырнул я словно рыба — в реку
ландшафт раз тридцать переломлен — ну и пусть!
Прости мне жаворонок знаменитый грех мой
когда я должен петь — заикой становлюсь
Платок полощется и открывает город
а город тот гротескно вбит в туннель
Жаль смерть не черный долгий путь пройдя который
очнёшься и глядишь: попал в чужой отель
Но ты умел любить как Андреа дель Сарто
прекрасным женщинам платок свой возврати
Ты знаешь смерть — всего лишь миг всего лишь сальто
Не оборачивайся ястреб и лети!
(«Носовой платок», 1933 г.)
Родился будущий поэт в 1900 году, и всё детство его прошло в деревне. Моравская природа и деревенский быт дали ему свои первые стойкие впечатления, а атмосфера учительской семьи (отец учил грамоте сельских детей, а мать помогала сиротам) рано приохотила мальчика к книгам, к классической музыке. Незвал – из тех людей, которые всегда чувствуют близость собственного детства, не отталкивают ранние годы жизни от себя, а наоборот, словно продолжают проживать их в дальнейшем. Как следствие – из Незвала получился поэт, ощущавший нерасторжимую связь со своим народом: Чехия и чехи в самых разных проявлениях будут возникать в его стихах из года в год:
…В импрессионистской оправе я
вижу корчму заезжую
В яблонях вся Моравия
наша овечка нежная
(«Моравия», 1927)
В 1920-е гг. Незвал увлекается поэзией Гийома Аполлинера, что отчётливо сказывается на всём его творчестве: чех так же сочиняет каллиграммы (стихи, близкие к верлибру, но отмеченные кубистским точным разложением на элементы), так же поёт о городе и ежедневной суете - тем более что молодой Витезслав вёл едва ли не богемный образ жизни (сборники «Пантомима» (1924), «Стихи на открытках» (1926), «Близнецы» (1927)):
В казино на сукне зелёном
наши судьбы — осколки планет
и Химера звёздам вослед
смеётся ртом искривлённым
Ах целуйте меня влюблённо
несмотря на гашишный бред!
Я на дудку сменил пистолет
чтоб на крышах дудеть воронам
Бой часов — словно выстрел меткий
и с танцующей марионетки
соскользнула газа волна
На письмо не придёт ответа
И кого-то взволнует это
А Химера ждёт Не спешит она
(«Игра в кости», 1927)
На излёте 30-х годов подошёл к концу роман Незвала с сюрреализмом и с каллиграммами – поэт начинает подчёркивать важность для художника связи с традицией, с отечественной классикой. В нём заговорил патриот, сознающий необходимость духовного единения с ушедшими поколениями. В его стихах того времени господствуют ясность, простота – это делает их доступными самым широким читательским массам. А обращение к антифашистской тематике превращает Незвала в значительного общественного деятеля (что очень радовало советское правительство!) и – позже – в узника нацистских тюрем…
После войны, наряду с традиционными темами любви и будней, городскими пейзажами и ностальгическими образами, в творчестве чешского поэта громко звучит тема сохранения мира. «Она вытекала из трепетной любви к жизни, к людям, ко всему живому, чью хрупкость и беззащитность всегда ощущал Незвал. Законам природы, стихиям противостоять трудно. Зато можно противостоять – и поэт утверждал это – социальным силам, тёмным, противоестественным силам войны, а кроме того, беспечности и безрассудству, которые им потворствуют», - писала Л.Будагова в предисловии к двухтомнику Витезслава Незвала, изданному в 1988 году.
И действительно, в сборниках «Крылья» (1952) и «Васильки и города» (1955) чешский поэт выступает в роли убеждённого пацифиста, не просто боящегося войны, а видящего в ней угрозу всему человечеству. Его стихи выходят далеко за рамки идеологизированной литературы, которой принято теперь считать соцреализм, они обращаются к самым серьёзным, «вечным» темам, и трагизм в них перестаёт быть отголоском молодых мыслей – теперь трагизм его поэзии воспринимается как полноценно сформированное мироощущение. Достаточно прочесть любое стихотворение Незвала 50-х годов, чтобы раз и навсегда понять: если социалистический реализм и породил в поэзии что-то по-настоящему позитивное, то это вот такие строки, соединяющие в себе гуманистический пафос, патриотические чувства, страх перед будущим и ёмкие образы, выраженные в отточенной лирической форме:
Мечтаю, чтоб мир был с войной незнаком,
чтоб он и без крови был ярок!
Стихи мои пейте, как чай с молоком,
я чашки пришлю вам в подарок!
Мечтаю, чтоб мир, как подвал гончара,
пел глиняным дружеским хором.
Стихи мои весело ешьте с утра
с тарелок с моравским узором.
Но если покоя нам рано просить
и мир еще полон тревогой,
стихами моими не грех закусить
до боя и перед дорогой.
И если придется ремень потесней
стянуть среди временных тягот,
пусть хлебом и сахаром, тем, что нужней,
на стол к вам стихи мои лягут.
Мечтаю, чтоб свет над землей не потух,
в стихах говорю свое мненье,
я родину утром бужу, как петух,—
мне нравится это сравненье!
(1952 г.)
Витезслав Незвал умер в Праге 6 апреля 1958 года. В Праге установлен его бюст, а также мемориальная доска на доме, где жил поэт. В прошлом году пятидесятилетие его смерти в России не вспомнил, наверное, никто, а собрания его сочинений покоятся на дальних полках библиотек. Не интересен современным читателям соцреализм, даже если ничего социалистического в нём нет, а есть только тонкая лирика и глубокая искренность. Может быть, стоит вспомнить наконец стихи «пражского пешехода»?..
Когда тебе взгрустнётся,
приди.
Когда слеза печали навернётся,
ты приходи, не жди!
От ночи той уже не остаётся
ни рыболовной сети, ни звезды.
И новый день очнётся.
Придёшь? Приди!
(1952 г.)
Александр Акулиничев
изображения слева направо: Незвал студент, Витезслав Незвал, Витезслав Незвал и Пабло Пикассо
иллюстрации к разделу: Макс Маляренко
Зарубежная литература 20 века.
© [,DEVOU'TI:]
Молодежные дизайнерские арт сумки с принтами от журнала [,DEVOU'TI:]>>
 скачать бесплатно журналы pdf (без регистрации) можно на devouti.ru >>
( Хочется видеть иллюстрации - листайте )</div>
|
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
devouti
В конкурсе короткометражных фильмов кинофестиваля "Киношок" Гран-при присуждён ленте «Монгол 8» (Россия).
24 октября | суббота | 17.00
excited
